Ничего прекраснее и драгоценнее

Отношение мужчин к женщинам всегда было противоречивым. Их то считали чем-то высшим, подчинялись и превозносили, едва ли не поклоняясь им, то — к стыду мужского пола, чаще — считали чем-то низшим, всячески угнетали и унижали, отказывая им в праве на свободу и даже на собственное мнение. Но в любом случае, женщины всегда были для мужчин чем-то вроде особого народа, удивительного и непонятного. И инстинктивно притягательного. Эта притягательность очень хорошо отражена в остроумной восточной притче «Послушник мечтает о тигре»:

«Один буддийский монах с горы Утайшань взял себе в послушники мальчика, которому было три года. Гора Утайшань весьма высокая, а монах с мальчиком жили на самой её вершине и, всем сердцем стремясь к совершенству, ни разу не спускались вниз. Когда лет через десять они сошли с горы, послушник впервые увидел волов, лошадей, петухов, собак. Поэтому монах стал объяснять ему: «Вот это — вол, на нём можно пахать поле; а это — лошадь, на ней можно ездить верхом. Это — петух, он возвещает рассвет; это — собака, она сторожит дом». Послушник кивал в ответ. Вскоре мимо них прошла молоденькая девушка. «А это что?» спросил послушник. Монах, не желая, чтобы его ученик думал о подобных существах, ответил с серьёзным видом: «Это тигр. Всякого, кто к нему приблизится, пожирает, не оставляя даже косточки». Вечером, когда они поднялись обратно на гору, монах спросил: «Ну, понравилось тебе какое-нибудь существо там, внизу?». «Никто не понравился, — ответил послушник. — Только этот тигр, что пожирает людей, очень понравился. Никак из головы нейдёт».»

Притча притчей, а ведь мужская реакция на женщину и в самом деле такова. Притяжение, влечение. Причём влечение не в пошлом смысле, не желание переспать, а нечто гораздо более глубокое и естественное. Как притяжение двух магнитов. Это нечто даже более глубокое, чем чувства или эмоции. Это то, что порождает чувства и эмоции. То, что заложено глубоко в душу, и составляет одну из основ человеческой личности. С чем сравнить, чтобы было понятнее?.. Трудно найти подходящий пример. Наверное, притяжение такой же глубины испытывает ребёнок к матери, настоящий патриот к Родине, глубоко верующий человек к Богу. И пусть никого не удивляют подобные сравнения. Ведь может быть, это нечто ещё более сильное. Во все времена мужчины ради женщин отрекались и от матерей, и от Родины, и от Бога. Как, впрочем, и женщины ради мужчин. Потому что притяжение взаимно.

Человечество — двуполая раса. Так создано Природой, эволюцией. Так, через соединение мужчины и женщины, порождается новая жизнь. Поэтому влечение, о котором я говорю, заложено в самую глубинную сущность человека, на уровне основного инстинкта — инстинкта выживания. Ведь без этого соединения нет самого человека. И это влечение глубже, чем сексуальное. Это стремление друг к другу двух частей одного целого. Недаром возникла присказка о двух половинках яблока. Мужчине для того, чтобы быть полным, цельным существом, чтобы состояться как мужчина, — прежде всего, психологически, — нужна женщина, нужна любовь к ней. Без неё он неполон. Опять же, как и наоборот. Но речь сейчас не об этом «наоборот»; речь сейчас об отношении мужчины к женщине. А в нём, в самых глубинах его сущности, нечто вздрагивает и отзывается, когда рядом оказывается женщина. Пусть даже просто сидит рядом. Пусть даже просто проходит мимо по улице. И это не физиологическая реакция, а притяжение двух сущностей, которые нуждаются друг в друге. Нуждаются мучительно, — как лёгкие нуждаются в воздухе. И они наслаждаются друг другом, — прежде всего, не телами, а самой сущностью друг друга. Плотское наслаждение — лишь вершина айсберга. Оно — просто приятный бонус, дополнение к тому глубокому и главному, что живёт в человеческой сущности, и самым прекрасным проявлением чего становится любовь. Любовь и соединение мужчины и женщины для порождения новой жизни — великое благо. Нужно ли удивляться тому, что это ещё и приятно? Только вот приятность — именно дополнение, дающееся к прекрасному чувству и великому благу порождения жизни, а никак не сама цель. И в естественном взаимном влечении мужчины и женщины она играет далеко не ведущую роль.

Так или иначе, женщина для мужчины, для его мужской сущности, — поистине необыкновенное существо, живое чудо, счастье во плоти. Ею можно восхищаться не за красоту, душевные и умственные качества, а уже только за то, что она является женщиной. И вряд ли я сумею сказать об этом лучше, чем уже сказано в нашем пандэкте:

«Вот женщина: она хороша всегда, какова бы она ни была, — ведь она — женщина. Она прекрасна; она прекрасна всегда: в девочке видна красота зрелости, а в старухе видна красота молодости. Она исполнена любви; она и сама нежна, подобно цветку, и источает нежность, как цветок источает аромат. Сила её питается её любовью, и любовью питаются её преданность и терпение. Я видел женщину, работавшую до изнеможения ради того, чтобы прокормить старого отца, слепого мужа и пятерых детей. И другие женщины помогали ей, — хотя и не были ей роднёй. Правдивый человек рассказывал мне о женщине, которая умерла, рожая девятнадцатого ребёнка. Люди, вспомните о жене Нум’ана: ведь когда его грудь раздулась и лопнула кожа, она не единожды в день вылизывала рану языком, и от этого умерла раньше него. А сколько песен поёте вы о женщинах: ведь о них песен больше, чем о богах! Да, из живого ничего нет прекраснее и драгоценнее женщины. Когда она смеётся или плачет, вместе с ней смеётся и плачет весь мир. Когда она поёт, камни дрожат от наслаждения. Когда она купается, воды ласкают её так, как не ласкают больше никого на свете; когда она идёт, земля целует её стопы. Всё преклоняется перед нею; да, она достойна благоговения! Она порождает жизнь: в ней свершается великое из великих чудес! Она женщина не ради себя, а ради мужа и детей. Не будь её — не было бы и мужчины, — ведь она есть то, без чего мужчина не нужен миру. И если мужчина склоняется перед другим мужчиной потому, что он сильнее или мудрее, то перед женщиной он склоняется потому, что она — женщина. О Акуррам, ты создал её, — кладезь ума и доброты, сосуд любви и нежности, источник верности, океан отваги и силы, средоточие красоты» (Песня Рохами V, 39-57)

Именно так учит относиться к женщине Учение. Потому что это естественно и нормально для мужчины, для мужской сущности которого нет ничего прекраснее и драгоценнее женщины.

По поводу приведённого выше кимелиона мне могут заметить, что всё это — лирика; а что же конкретное из этого следует? Что насчёт прав женщины, её равенства с мужчиной и т.д.? Вопрос законный. И для того, чтобы ответить на него, я приведу ещё одну цитату, уже из другого текста:

«Важнейшее из дел женщины — зачать, выносить, родить и вскормить ребёнка, после же и далее заботиться о нём; мужчина же зачинает его, а после заботится о женщине и о нём. В произведении потомства дело женщины больше: в этом и различие меж нею и мужчиной. В этом женщина драгоценнее; на множество женщин довольно было бы и одного мужчины, чтобы оплодотворить их, — женщина же в один срок может родить лишь единожды. Если бы был один мужчина и множество женщин, то род людей легко взрос бы от них; если бы была одна женщина и множество мужчин, то род людей легко пресёкся бы. Поэтому в произведении потомства женщина много драгоценнее мужчины; в разуме, свободе, достоинстве и прочем они равны, — но в том, из чего проистекает жизнь человека, женщина драгоценнее. Жизнь женщины много драгоценнее жизни мужчины; поэтому для них равно хорошо всякое дело — кроме того лишь, которое опасно для жизни. Женщине надлежит избегать таких дел, а мужчине надлежит уберегать женщину от них. Но пусть он помнит о свободе выбора всякого человека, и потому пусть уберегает женщину от этого не чиня над нею насилия; если же не сможет уберечь, то потому лишь, что она не позволила ему этого сделать» (Дэон XVIII, 9-16)

Итак, женщина и мужчина равны во всём, кроме роли женщины в рождении ребёнка. В этом женщина более важна, и потому более драгоценна. Предвижу возмущённые упрёки в стиле «Так что же, по-вашему, женщина — только лишь инкубатор для вынашивания потомства?!». Есть люди, которые всё всегда сводят к подобным претензиям. Им я отвечу так: внимательно вчитайтесь в то, что написано выше. При прочих равных с мужчиной, женщине дана ещё и способность вынашивать дитя. Не «только лишь», а «сверх того». То есть, в определённом смысле, ей дано больше, чем мужчине. И при таком раскладе как бы уже не нашлись обиженные мужчины, готовые биться в истерике по поводу того, что Природа чем-то их обделила.

Женщин нужно беречь. Хотя вот здесь часто кроется забавное противоречие в их собственном отношении к этому. С одной стороны, они хотят — и совершенно справедливо — равенства во всём с мужчинами; с другой стороны, хотят особо трепетного и бережного отношения к себе. Похоже, женщины сами не могут толком определиться, чего же им хочется больше. Кажется, и того, и другого сразу. Первого — по справедливости, второго — по привычке. Однако здесь уже возникает вопрос, возможно ли это совместить? Можно ли относиться как к хрупкой леди к той, кто наравне с тобой водит тяжёлую технику, боксирует и служит в армии, и при этом требует к себе отношения также и как к рубахе-парню? Тут уж явно необходим некий компромисс…

Он может заключаться в том, о чём говорится в приведённой цитате. Женщинам лучше избегать занятий, опасных для жизни, — да и вообще опасных. И не потому, что они слабее или хуже, а потому, что они драгоценнее, и заслуживают того, чтобы их поберегли. А прежде всего — чтобы они сами поберегли себя. Лучший пример — служба в армии. Разве женщина создана для того, чтобы носить автомат и лезть под пули? У неё иная миссия. Однако ошибкой будет считать, что она не боец. Боец — не только тот, кто носит оружие. Сама жизнь — непрерывная борьба, и у каждого своё поле боя. Многие мужчины согласятся с тем, что легче сходить в атаку или на тяжёлый физический труд, чем заботиться о детях и вести хозяйство. И лично я сильно подозреваю, что вряд ли мужчины защищают свою страну так же храбро и ожесточённо, как женщина защищает своего ребёнка, когда ему грозит опасность. Так что никто не хуже. Просто каждому — своё. Пусть женщина будет женщиной, а не мужиком в военной форме, с автоматом, хриплой матерщиной и табачным запахом изо рта. Тогда будет и уважение как равного к равному, — в правах, уме, труде, борьбе, творчестве, общественной, политической, научной и духовной деятельности, человеческом достоинстве, силе духа и так далее, — и трепетное отношение, как к той, которую нужно поберечь и о которой нужно позаботиться.

Таков, в общих чертах, взгляд Учения на вопрос равенства мужчин и женщин. Это равенство примерно того же плана, как равенство двух людей, работающих на одном производстве, но специализирующихся на разных производственных операциях. Оба необходимы, каждый уважает другого, и самому ему есть чем гордиться. Если бы они должны были выполнять одинаковую работу, их и обучали бы одинаково. Если бы было нужно, чтобы мужчины и женщины были не только равны, но и одинаковы в том, каковы они и что они делают, человечество не делилось бы на два пола.

В заключение скажу вот что. Женщины, умейте быть женщинами, — не в обиду вам будь сказано. Умейте ценить то, что дано вам Природой. Став мужчинами, вы не станете ни лучше, ни счастливее. А вот то, что для нас, мужчин, прекраснее и драгоценнее всего, может и потеряться, — и тогда несчастнее станут все. Ну а вы, мужчины, чтобы быть настоящими мужчинами, учитесь относиться к женщинам так, как описано в «Песне Рохами». Иначе вы рискуете быть ущербными, слепыми, не видящими того прекрасного и бесценного, что дарует вам Природа в лице женщины.

Кстати, в «Песне Рохами» есть такой же фрагмент, посвящённый мужчине. Но ведь речь здесь не о том, не так ли?

© Атархат, 2018

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *