Учение раньше и сейчас

Нынешнее Учение Единого Храма — это то же учение, которое существовало раньше, на протяжении двадцати шести откровений. Благодаря некоторым текстам пандэкта мы можем заглянуть в прошлое и узнать, что тогда происходило и как жили последователи Учения.

Когда читаешь наши житийно-исторические тексты, замечаешь, что между Учением тогда и Учением сейчас существуют определённые различия. Они касаются не принципиальных вопросов, а, скорее, более внешних. Это значит, что картина мира, каким его представляет Учение, не изменилась, и вытекающие из неё принципы — тоже; изменения касаются подачи материала, общения между Учителем и учеником, самого принятия в ученики, взаимодействия между Учением и обществом и т.д. То есть само Учение осталось прежним, но выглядит всё это теперь несколько иначе. Почему? В основном, по двум причинам. Во-первых, изменились цели Учения. Во-вторых, изменились условия, в которых оно существует.

В чём же изменились цели? Прежде чем ответить, напомню, в чём они заключались раньше. Они заключались в том, чтобы в условиях глубокого духовного упадка дать человечеству импульс к выходу из кризиса. Причём импульс неявный, а как бы исподволь. Учение тогда не распространялось открыто, оставаясь достоянием ограниченного круга последователей, которые распространяли его опосредованно, — через моральные наставления, философские концепции, произведения искусства, науку и тому подобными путями. Учение помогало преодолеть кризис, но не более. Знания не преподносились человечеству открыто, на блюдечке, — потому что оно должно было доходить до всего само, как и происходит в процессе нормального познания и развития. Однако оказалось, что оно является довольно проблемной разумной расой, и за всё время своего существования так и не смогло преодолеть своих отрицательных качеств, мешающих ему успешно идти по пути. Прошли десятки и десятки тысяч лет — а у него, по большому счёту, всё те же проблемы. Только теперь эти проблемы уже могут привести к непоправимым последствиям, вплоть до полного самоуничтожения. Ввиду этого на сей раз Учение было дано открыто, — можно сказать, теперь поднесено на блюдечке. Это экстренная мера, продиктованная экстренными обстоятельствами. Потому что нынешний духовно-моральный кризис опаснее, чем любой из предыдущих. Соответственно, и распространение Учения теперь должно идти уже не опосредованно, а напрямую, — для надёжности.

Здесь и кроется корень отличий. Если раньше Учение передавалось только некоторым, то теперь оно для всех. Поэтому учеником может стать любой. Теперь для этого необходимо лишь серьёзное желание изучать Учение. Прежде было не так. Тогда отбор был строгим. В ученики принимались, в основном, те, кто, по оценке Учителей, мог очень глубоко понять Учение и стать верным последователем. Даже более того: было желательно принимать тех, кто в перспективе сам мог стать Учителем. Впрочем, и сейчас Учителем теоретически может стать каждый (непреодолимым препятствием может оказаться только низкий уровень интеллекта, который не позволит ни самому глубоко понять Учение, ни разъяснить его другим). В чём же разница? В том, что раньше из числа тех, кто лишь теоретически мог стать Учителем, выбирались те, кто станет им с наибольшей вероятностью. То есть самые способные не только к ученичеству, но и к учительству. Это позволяло Учителям не распылять своё время и силы, а направлять их на подготовку самых талантливых; таких, которые имеют наибольшие шансы в будущем стать не просто носителями Учения, но и надёжными продолжателями его дела.

Таким подходом объяснялось и несколько иное поведение Учителей. Оно в те времена было ощутимо более взыскательным и суровым, нередко даже жёстким. Потому что они готовили будущих Учителей, — людей, от которых потребуется особая сила духа и воли, особая целеустремлённость и стойкость, особая принципиальность в следовании Учению, чтобы в сложных условиях продолжать его дело и быть примером для других. Мы видим из текстов, что ученикам порой приходилось несладко. Они проходили нелёгкую школу, где от них требовалось научиться соответствовать высоким стандартам. Некоторых это не устраивало, и они уходили. Такой поворот тоже шёл на пользу, ибо в тех условиях слабохарактерные и ненадёжные сотрудники были не нужны.

Я сказал «в тех условиях»; а выше уже говорил о том, что теперь условия изменились. Так какими же они были раньше? Они были экстремальными. Может быть, не всегда, — но по большей части. Ведь мировоззрение Учения отличалось от взглядов, господствовавших там, где оно появлялось. Его последователи не поклонялись богам, которым поклонялись все, не соблюдали обычаев, которые соблюдали все. Даже в наш просвещённый век такое может выйти боком; раньше же риск пострадать был не в пример больше. Можно было и погибнуть. Всем известны примеры религиозных преследований, да и вообще преследований инакомыслящих. История полна таких кровопролитий, пыток, костров. А вот что сказано в нашей митэвме «Вершина», где речь идёт о гораздо более давних временах: «Дело наше никогда не было принято миром как благо, — ибо оно противилось тому злу, которое он превозносил, мня благом. Хотя мы вершили дело своё не явно, оно всё же часто бывало раскрываемо теми, кто шёл туда, откуда исходил чистый ветер. Они охраняли смрад от чистоты; и они находили нас, ибо мы были чисты и не могли лгать ради своего спасения. И тогда мы погибали, благословляя мир» (Вершина, 12-15). Сейчас всё не настолько плохо. Хотя ситуация, в сущности, не изменилась: Учение снова пришло для того, чтобы помочь миру стать лучше. А значит, оно снова будет неугодно очень многим, что в дальнейшем может вылиться и в новые преследования. Ведь во многом только кажется, что времена нетерпимости и гонений позади и что современный мир так бесповоротно либерален. В действительности всё вовсе не так гладко. Я бы сказал — получше, чем раньше, но похуже, чем должно быть.

Вот с чем действительно стало не в пример лучше, так это с возможностью распространения информации. Когда-то огромным шагом вперёд в этом деле стала печатная пресса. Затем — радио. Затем, вскорости, телевидение. Однако и эти богатые возможности были не для всех. Не мог любой гражданин придти в телестудию и появиться на телеэкране в каждом доме, или же быть уверенным, что предложенный им материал обязательно опубликует какая-нибудь из газет. Теперь же, благодаря сети Интернет, высказаться публично может практически каждый. Такая ситуация даёт обширные возможности также и для тех, кто хочет рассказать широкой аудитории о своих частных взглядах или о какой-то конкретной мировоззренческой системе. Во времена прежних откровений подобных богатых возможностей не было. Хотя они, по большому счёту, и не были нужны тогдашним Учителям. Ведь в их задачи не входило свободное и широкое распространение Учения. Теперь это входит в задачи. И теперь такая возможность есть. Только благодаря ей я сейчас пишу эту статью, а вы её читаете.

Ещё особо отмечу то обстоятельство, что в последнее откровение входит больше информации, чем в любое из предыдущих. И главное — благодаря современной науке мы имеем возможность правильно понимать эту информацию. Один пример, для наглядности. Теперь Учение говорит, что во Вселенной много обитаемых планет и много разумных видов, — и мы легко понимаем, что имеется в виду, и в голове сразу складывается определённая картина. В прежние же времена это могло формулироваться как-то вроде «Над небом есть миры, населённые тварями, подобными людям». Такие вещи, мягко говоря, непросто правильно понять и представить человеку, который даже и не думал, что над небом может быть что-то ещё. И как это, вообще, «над небом»? Если всё это и могло вызвать какие-то ассоциации, то, в лучшем случае, религиозно-мистические. Работа прежних Учителей по передаче и разъяснению Учения была куда как сложнее, чем работа Учителей нынешних. Современный человек более готов к тому, чтобы понимать такую информацию. И если Учение сейчас покажется кому-то сложным для понимания, то пусть он подумает о том, каково приходилось ученикам былых времён.

Итак, можно потихоньку начинать резюмировать. Учение сегодня действительно отличается от себя самого в прошлом. Само мировоззрение не изменилось, но существенно дополнилось. Современному человеку легче понять то, о чём рассказывает Учение, и легче воспринять больший объём информации. А её и должно быть больше, — потому что в нынешних условиях, учитывая задачи, стоящие перед Учением, его мировоззрение нуждается в большей детализации и в более глубоких логических обоснованиях (в ожидании того времени, когда появится больше научных доказательств его истинности). Для того, чтобы доносить до людей большее количество информации, чем раньше, существует намного больше возможностей, чем раньше (один Интернет чего стоит). Кроме того, в наше время гораздо легче преодолеть языковой барьер, что дополнительно упрощает её распространение. Далее, число тех, кто может её получить, теперь не ограничивается искусственно. Это уже не узкий круг посвящённых, а весь мир. Для тех же, кто становится последователями Учения, условия следования оказываются более мягкими, чем когда-либо. Конечно, это не значит, что можно не стараться следовать Учению так, как дОлжно, и относиться к своему пути легкомысленно. Однако теперь всё же стало полегче. То же самое касается и взаимоотношений Учения с обществом. В современном мире уже нет такой опасности подвергнуться преследованиям, истязаниям и уничтожению за инакомыслие.

Можно сформулировать и ещё короче. Нынешнее откровение даёт больше информации. При этом Учение теперь для всех. Есть больше возможностей для того, чтобы донести большее количество информации до большей аудитории. Для этого имеются более благоприятные условия, чем раньше: последователям легче следовать Учению, и они уже не подвергаются такой опасности со стороны, как раньше.

Вот так всё сошлось: больше, лучше, свободнее, безопаснее, чем раньше. Да: таковы исходные условия, — и они ещё никогда не были столь благоприятными. Однако это не от хорошей жизни. Потому что и духовно-моральный кризис в обществе сейчас глубже и опаснее, чем когда-либо, — несмотря на большее внешнее благополучие. И опасность над миром нависла такая, какой ещё не бывало. А перед самим Учением стоят глобальные задачи, каких ему не приходилось решать ещё никогда. То есть хотя по сравнению с прошлыми этапами своей истории оно имеет более перспективные во всех отношениях условия, это не просто ряд бонусов, дающих преимущества, а то, что необходимо для решения более сложных задач, чем раньше. Говоря иными словами, легко не будет.

Настали новые времена, возникли новые проблемы, встали новые задачи. И Учение вернулось таким, чтобы соответствовать всему этому. Таким, чтобы смочь донести Истину, единую на все времена, до новых людей в новых условиях. Оставаясь неизменным по сути и мировоззрению, оно шагает в ногу со временем. Достигнет ли оно успеха? Уверен, что да. Хотя и не скоро, не без труда и не без страданий. Главное, что первый шаг, самый важный, — само его появление, — уже сделан.

© Атархат, 2018

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *