О братстве народов и праздниках победы

На днях в России была выдвинута инициатива по объявлению 11 ноября новой общегосударственной памятной датой. В этот день в 1480 году закончилось стояние на Угре, — и считается, что данное событие знаменует собой окончание татаро-монгольского ига.

Это, без сомнения, событие огромной исторической важности. Около 200 лет Русь была под игом, — и освобождение от него заслуживает того, чтобы о нём помнили. Поэтому неудивительно, что инициатива была одобрена на правительственном уровне и поддержана почти всеми субъектами РФ. И на этом фоне неожиданностью (хотя как сказать…) стало то, что Татарстан выступил против. 29 августа этот протест получил официальный статус в госсовете республики. Было заявлено, что такая памятная дата послужит к ухудшению отношений между русскими и татарами, укрепит предрассудки, может вызвать взаимную ненависть. Сообщается, что когда в республике ещё только стало известно об инициативе, она была названа глупой и даже экстремистской.

Возникла проблема, и проблема очень показательная для многонациональной страны. Может ли на государственном уровне праздноваться победа одного её народа над другим? Не будет ли это оскорбительно? Похоже, именно так это и восприняли в Татарстане. С другой стороны, это было почти 550 лет назад. На Угре стояли не сегодняшние русские и не сегодняшние татары. Смотреть друг на друга косо за те события, по меньшей мере, очень странно. Это как если бы двое мальчишек дрались потому, что их пра-пра-прадеды когда-то враждовали. И что можно сказать о силе внутреннего единства державы, народы которой могут вспыхнуть взаимной враждой при одном напоминании о конфликте полутысячелетней давности? Это единство, скажем так, неубедительно. С третьей стороны, — да, у таких проблем граней много, — победу над другими народами той же страны может себе позволить праздновать, скорее всего, только народ-гегемон. То есть народ, сознательно ставящий себя над другими. А это уже очевидно принижает их, как бы напоминая им об их более низком (хотя и неофициально) статусе. И, наконец, здравый смысл говорит, что многонациональная держава просто не может себе позволить иметь такие памятные даты и праздники на государственном уровне. Потому что в этом случае некоторым народам придётся праздновать победу над собой же. Что совершенно точно не укрепит «братские» связи между нациями внутри страны.

Данный случай демонстрирует целый ряд проблем, актуальных для многонационального государства. И подводит к следующему выводу: объединение внутри государственных границ — это ещё не объединение. Когда внутри одной страны остаётся актуальным национальный патриотизм разных народов, это говорит о том, что их объединение носит скорее принудительный характер, нежели добровольный. Ведь если межнациональная вражда может вспыхнуть, то это означает, что она тлеет не переставая. Она есть, — просто по большей части не прорывается наружу. И о каком внутреннем единстве тут может идти речь? Вспомним СССР. Долгие десятилетия звучали слова о братстве его народов, — но как только ослабли военные тиски, державшие республики вместе, их народы предпочли разбежаться, и сразу же начали конфликтовать между собой. Значит, братства-то и не было. Была его иллюзия, созданная пропагандой и насаждаемая через давление сверху, — то бишь со стороны республики-гегемона. Это очень яркий и наглядный исторический пример, из которого можно и нужно делать выводы.

Кроме того, есть повод задуматься о такой категории праздников, как дни побед в различных войнах. Ведь время идёт, войны и победы уходят в прошлое, а народы, ведшие эти войны, остаются. И празднование дня победы практически неизбежно провоцирует восприятие одним народом другого народа как агрессора. То есть заставляет так чувствовать. А это и обида («Вы, гады, на нас нападали!»), и горделивое злорадство («Мы вас побили, ткнули мордой в грязь, — помните об этом!»), и обиду с другой стороны («Это было давно, на вас нападали не мы, а наши предки, — так что же вы в нас-то плюёте?»). Всё это едва ли улучшает отношения между народами и государствами. Забывать историю нельзя; но и праздновать победу над другим народом и его унижение, попутно относясь к нему как к агрессору, — тоже не самый лучший способ укрепить мир и дружбу. Потому что поддерживается враждебность с одной стороны и позорное клеймо агрессора на другой стороне.

Можно возразить, что воюют не народы, а державы. Но в ответ можно указать на то, что многие (если не все) державы ассоциируются с определёнными народами. Для примера возьмём четыре войны, в которых Россия столкнулась с агрессией и победила: войну с Польшей в «смутное время», войну со Швецией при Петре Великом, войну с наполеоновской Францией и войну с гитлеровской Германией. Как об этом обычно говорят? Воевали с поляками, шведами, французами, немцами. Все они агрессоры, и все получили по шее. Да, это было давно, — но неприятный осадок остался. И он культивируется. Всё это подаётся не просто как исторический факт, а эмоционально. Иначе это не будет помогать подъёму патриотических чувств. Людям говорят: «Вот они, они и они нас обижали. А мы им дали прочихаться, потому что мы лучше и сильнее. Не забывайте, какие они и какие мы». Конечно, звучит всё это не так, — но общий смысл таков. И подсознательно это именно так и воспринимается теми, к кому обращено. И именно этому учат детей. Во времена моего детства мальчишки не играли в войну Советского Союза против гитлеровской Германии. Они играли в войну русских и немцев. «Наших» и «врагов». Это внедряется в подсознание. Как и фраза из одного известного фильма: «Едет Кутузов бить французов!». Не Наполеона и не его многонациональную империю. Французов. А Пётр под Полтавой бил шведов. И так далее. Народам не дают забыть об их вражде.

Для того, чтобы люди помнили даты важных побед, но при этом в них не подогревалась враждебность, нужен иной подход, — во-первых, не подразумевающий политического манипулирования, во-вторых, не делающий акцента на эмоциональном патриотизме. А для этого у людей должен быть другой уровень самосознания. Они должны ориентироваться не на национальное разделение и припоминание друг другу взаимных обид, а на общечеловеческое единство. Казалось бы, именно к этому и идёт, именно этого все хотят. Но практика показывает, что это не так. Невозможно успешно призывать народы к дружбе, и в то же время призывать их радоваться победам друг над другом. Потому что последнее подразумевает враждебность. И пока нации не смешаются и не сольются настолько, что само понятие национального патриотизма превратится в пустой звук, народы будут продолжать коситься друг на друга с неприязнью. И упоминания о датах исторических побед будут вызывать в душах гнев, злорадство, подозрительность и обиду. В том числе, внутри границ многонациональных государств, среди их народов. Их монолитное единство будет оставаться иллюзией.

Хотя дата одной победы должна иметь особый статус. Её нужно помнить, помнить эмоционально, не позволять угаснуть чувствам, которые она вызывает. Я говорю о 9 мая. Но не как о дате победы над немцами или Германией, а как о дате победы над нацизмом. Это имеет огромное значение, — и именно в свете нашей темы. Потому что нацизм — это то, во что может эволюционировать (а точнее говоря, выродиться) национальный патриотизм. 9 мая — день победы не над народом, а над политической системой, одной из самых страшных и преступных за всю историю человечества. Этот праздник нужно правильно понимать. Он не говорит «Смотрите, наш народ — самый лучший, сильный и победоносный!». Он говорит «Смотрите, что происходит с народом, который считает себя самым лучшим, сильным и победоносным. Помните, что он начинает делать с другими народами». То есть этот праздник — как бы антипод всех прочих дней победы. Он учит обратному, нежели то, чему учат они. Поэтому он стоит среди них особняком. И статус его должен быть не национальным или государственным, а международным, всемирным. Праздновать такую победу могут и немцы. Праздновать как победу над тем, что было злом и для их народа тоже. И совместно со всеми другими народами и странами стараться не допустить повторения той катастрофы. Вот такой праздник победы в самом деле имеет смысл.

© Атархат, 2019

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *