Наша общая душа

Продолжая разговор о высших элементалах (богах), нельзя не упомянуть о том из них, кто хоть и не так масштабен, как некоторые другие, но зато имеет к нам, людям, более чем непосредственное отношение. Я говорю об элементале человечества.

Оно представляет собой единое явление. Разделение на индивидуальности имеет место уже внутри этого единства, и не нарушает его. То есть несмотря на свою уникальность, каждый из нас продолжает оставаться частью единого целого — человечества как вида. Перестать быть ею можно только в двух случаях: переродившись в теле представителя иной разумной расы (что бывает не так уж часто) или перейдя в мир Духа. Даже в мире энергии, т.е. не имея физического тела, человек энергетически остаётся частицей человечества. Ведь элементал — это и есть энергетика. Элементал человечества состоит из энергетики всех людей, слагается из неё, как тело из клеток, текст из букв или строение из кирпичей.

В связи с этим хочется отметить следующий интересный момент. Физическое тело рождается и умирает, появляется и исчезает, — а человек остаётся. Он продолжает существовать и как личность, и как частица человечества. Отсюда следует важный вывод: не тело делает нас людьми. Человек — это не то, что ты видишь перед собой, когда с кем-то беседуешь, и не то, чего ты касаешься, когда обмениваешься рукопожатиями при встрече и прощании. Человек — это то, что внутри материального футляра. То есть нечто гораздо большее. И тем более грустно, когда ради спасения или даже просто комфорта своего футляра кто-то готов пренебречь своей подлинной сущностью, своей человечностью. Хотя это уже другая тема.

Итак, элементал человечества. Он объединяет в себе энергетику всех людей; поэтому его можно назвать нашей общей душой, — в широком смысле этого слова. Фактически, он состоит из нас. Это можно уподобить компьютерной сети, состоящей из отдельных компьютеров как носителей информации. В ней существует нечто вроде искусственного интеллекта, использующего все компьютеры как свои сервера и обрабатывающего в реальном времени весь массив получаемой с них информации. Примерно так всё и происходит. Только в данном случае интеллект не искусственный, а самый что ни на есть естественный. Элементал человечества обладает индивидуальностью, — в той же степени, что и другие высшие элементалы. То есть он располагает исчерпывающей информацией в сфере своей деятельности и возможностями для обработки этой информации, но не имеет активного разума. А значит, не может выйти за пределы своей сферы деятельности (что, впрочем, и не нужно), не имеет полной свободы воли и не может действовать так творчески, как человек. При этом он видит нас буквально насквозь, знает о нас всё, — то есть больше, чем мы сами о себе знаем, — подпитывает нас энергетически и обеспечивает энергетическую связь между людьми как между частицами единого организма.

Пусть он и ограничен в свободе воли, тем не менее он способен мыслить — так, как мыслят высшие элементалы, в определённых пределах — и имеет своего рода эмоции. Всё это направлено на выполнение его предназначения: он поддерживает жизнь человечества и заботится о том, чтобы оно нормально и успешно развивалось. Это происходит, так сказать, подспудно, на уровне, неочевидном для людей. Впрочем, не только таким образом. Некоторые наши инстинкты проистекают именно из нашего общего элементала. Например, ощущение принадлежности к человеческому роду, даже некий видовой патриотизм. Мы не зря призываем друг друга «Будь человеком!», не зря говорим «Мы же люди!». И это при том, что нам пока не известны другие разумные расы. Но их во Вселенной много, и встреча состоится. Вот тогда мы в гораздо более глубокой степени осознаем себя единым видом, в котором каждый его представитель уже по одной этой причине близок и дорог другим его представителям. Хотя уже сейчас это моделируется средствами научной фантастики. Когда в ней описывается встреча и взаимоотношения — не только враждебные, но и вполне дружеские — с инопланетянами, то часто показывается и то, как на фоне «чужих» люди острее ощущают себя единым целым, словно члены одной семьи, яснее осознают свои общие интересы и обретают сплочённость. Национальные и прочие внутривидовые различия становятся мелкими и неактуальными, а слово «человек» приобретает более всеобъемлющий и, в то же время, более глубокий смысл. Для тех персонажей «человек» — уже не просто кусок плоти, имеющий форму человека, а существо одного биологического вида с ними, настоящая «кровная родня», с общим менталитетом, общей историей, общими интересами и общим путём в будущее. Это означает подняться на новый уровень самосознания.

У людей это пока ещё получается не очень. Те самые внутривидовые различия сейчас на первом плане, — что дестабилизирует, расшатывает единый организм человечества изнутри. Он словно болеет: его частицы отвергают друг друга, враждуют друг с другом, — и это проявляется в широчайшем диапазоне, от конфронтации полов до военных конфликтов между государствами, народами, религиями. Люди охотнее обращают внимание на то, что их разделяет, чем на то, что объединяет. Но наш элементал видит всё это очень ясно. Чувствует на себе. Потому что вся людская ненависть, вся вражда порождает мощнейшую отрицательную энергетику, идущую против его предназначения, о коем было сказано выше (поддерживать жизнь человечества и заботиться о том, чтобы оно нормально и успешно развивалось). Эта энергетика ощущается им как боль; а то, что люди уничтожают друг друга, для него величайшая трагедия. Он страдает так, как страдал бы человек, клетки тела и органы которого принялись бы подавлять и уничтожать друг друга. И несмотря на то, что он не имеет активного разума, а мы имеем, он лучше нас понимает, как всё это страшно и чем чревато. Потому что он умеет воспринимать человечество как единый организм, а сами люди не умеют.

Сказать, что такая ситуация его беспокоит, значит не сказать ничего. То, что сейчас происходит в мире, он воспринимает как прямую угрозу существованию человечества, угрозу тем, кто является для него смыслом жизни и самой жизнью. Причём в такой острой форме угроза не возникала ещё никогда. И потому, воспользовавшись возможностью принять участие в нынешнем откровении Учения, он напрямую обращается к людям, представляясь именем Вено. Его обращение включено в пандэкт как митэвма, носящая название «Параклесис».

В начале он говорит так: «О люди, я взываю к вам. Я, связующий вас меж собою; я, чьё тело есть ваша плоть, а смысл бытия — ваше благо. Пришло время — страшное из времён: вершится то, чему имя — опустошение. Добрые пути ваши обратились в то, что восстаёт на себя, не памятуя о своей сути. Я скорблю, — и велика моя скорбь. Я обрёл бытие тогда, когда был зачат первый из вас, и утрачу его тогда, когда в двух мирах не останется имени «человек». Знаю ваши радости, и ваши тяготы, и ваши скорби; наслаждаюсь с вами и страдаю от вашей боли. Всё, что совершаете вы, совершаю и я; но я знаю о лучшем, — и потому горестно и больно мне совершать дурное по вашему произволу» (Параклесис, 1-8). Чуть далее он произносит слова, исполненные скорби, укора, и даже звучащие как обвинение: «Вы хороши, когда приносите благо вершению Мироздания. Вам следует употреблять разум согласно его сущности. Познавайте же во благе, благом и ради блага: для вас это есть закон должного бытия. Храните мир и миры, — ибо Благо не восстаёт на Благо. Храните свой род и каждого из вас, — ибо для вершения Блага нет ничего драгоценнее, чем сосуд разума. Зверь не вершит зла; у вас же есть то, чего нет у него, и что предназначено для большего и лучшего вершения Блага. И вы, чья цель — вершение Блага, изливаете друг на друга зло: о горе! Вы забыли, кто вы, — и потому стали бедою для себя и мира. В злобе своей вы употребляете разум во зло, многократно большее того зла, которое вы видите. Вы покушаетесь на себе подобных, и на весь свой род, и на свой мир; до сего времени вы не ведали такого падения. Древен род людей, и многое он пережил. Четырежды был он близок к гибели: через великое бедствие, через мор дважды, и через череду бедствий не столь великих в краткое время, но тяжких во время длительное. В том не было его вины; и всякий раз он восставал к жизни вновь, — ибо ничто не в силах истребить род разумных тварей. Лишь сам разум может повергнуть себя. И ныне вы сделали свой разум таким: вы обратили то, что спасало вас прежде, в то, что готово погубить вас» (Параклесис, 30-44). И ещё дальше: «Поймите же, что вы есть те, кто более всего необходим Мирозданию, как и иные мыслящие в осознавании. И вы, драгоценная часть драгоценнейшего, могли и должны были стать во много крат лучше. Но вы стали хуже, нежели чем были в первые свои времена. Тогда не был ваш разум изощрён в понимании блага, — но и дурному он не предавался столь рьяно. Ныне же разум ваш изощрён довольно для того, чтобы предпочесть злу осознанное Благо; но вы не желаете этого сделать, и вершите зла много больше, чем прежде. И вы пали так, что из желанных миру обратились в опасных для него. Вы избрали силу: но она не может дать вам Мудрости и любви. Должная сила рождается из Мудрости и любви: вы же возжелали силы прежде прочего. Силу, взросшую из силы, может обуздать только сила: это значит, что вам нечем её обуздать, — ибо так всегда главенствует сила. Вы желаете того, над чем не властны, и чем ещё не имеете права обладать. Это есть проклятие, коему вы подвергли себя; и оно длится, и не преходит, ибо и детей своих вы научаете тому же. И страдаете вы лишь от себя, — ведь мир ваш не вершит зла. Знайте: всё дурное, что ведомо вашему миру, порождено человеком» (Параклесис, 53-65). И затем то, что звучит как завет: «В ваших силах изжить то дурное, что порождено вами. Храните же свой мир и свой род. Помните, что человек есть сосуд разума, и потому нет в вашем мире ничего драгоценнее его. Храните жизни друг друга как величайшее и лучшее из известного вам» (Параклесис, 83-86).

Ещё никогда не обращался он к людям вот так, открыто, с горячим призывом вспомнить о том, что они — люди, и должны поступать как люди. В речи Вено говорится и о будущем слиянии человечества с другими разумными расами; но только до этого ещё нужно дожить, не погубив самих себя бездумно, в слепом ожесточении. Это обращение — крайняя мера. Ну так ведь и само открытое откровение, подарившее нам Учение, тоже крайняя мера.

Мы стали свидетелями поистине удивительного события: единая душа человечества впервые открыто говорит с нами, напоминает нам о нашей сущности, предостерегает и просит опомниться. Выражаясь простым языком, это до чего же надо было дойти и до чего же надо было довести свой мир, чтобы потребовалось такое воззвание… Тут есть чего стыдиться.

Но есть и чему радоваться. Нам говорят, что мы не монстры, что на самом деле мы лучше, чем можем сами о себе подумать, если осознаем всю глубину и трагичность своего падения. Нам говорят, что мы вполне способны опомниться, сделать выводы из своих ошибок и подняться до фантастически высокого, в сравнении с сегодняшним нашим состоянием, уровня. И говорит это не кто-нибудь, а тот, кто знает нас лучше, чем мы сами себя знаем: наша общая душа, единая личность человечества. Тот, через кого действует наш инстинкт самосохранения как разумного вида. Сама наша сущность кричит: остановитесь, не губите себя, будьте людьми! Это же наш собственный внутренний голос. Если каждый из нас остановится, хотя бы на минуту абстрагируется от мелочно-суетных, эгоистичных и агрессивных побуждений и прислушается к себе, он услышит то же самое. Он услышит, как его индивидуальная душа слово в слово вторит общей душе. Потому что на самом деле мы всё это знаем. Но за столь долгий исторический путь, путь в тысячи и тысячи лет, основательно забыли. А теперь пришла пора вспомнить.

© Атархат, 2018

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *