Наш космизм

nash-kosmizm

Термин «космос» впервые вошёл в употребление в древнегреческой философии, где он обозначал систему мира как единое целое, включающее в себя всё, — от движения светил до социальной жизни людей. И хотя мир в мировоззрениях тех времён был другим, представление о нём как о единой системе было очень прогрессивным. Было и осталось. Потому что каким бы ни был мир по своему устройству, он был, остаётся, и всегда останется единой системой. Системой, в которой взаимосвязаны песчинка, человек, наша планета, далёкие звёзды и то, чего мы не видим в микромире или в глубинах Вселенной, но что существует и занимает своё место в системе. И в наше время это требует осознания, осознания на общечеловеческом уровне. Иначе человек так никогда и не поймёт не только окружающего мира, но и самого себя. Необходимость такого осознания актуальна для современного человека так же, как когда-то была актуальна для античного, — если не больше.

Попытки придти к этому осознанию предпринимаются. Порой это делается в религиозном ключе, порой в философском. Порой принимает облик целого комплекса идей, — философских, научных, этических, эстетических. В наше время именно такие масштабные комплексы идей и воспринимаются как собственно космизм. Суть же его остаётся всё той же, вечно актуальной: понимание Вселенной как единой системы и человека как её неотделимой части. В космизме как взгляде на мир существуют свои направления. В одних преобладает философско-мистический подход, в других — научный, в третьих — творческо-эстетический. Можно говорить о школах космизма, — например, о русском космизме, с которым связаны такие великие имена, как Циолковский, Вернадский, Ефремов.

Я возымел интерес к космизму только тогда, когда начал хорошо понимать Учение и увидел, что в нём просматривается нечто подобное. Увидев в Учении отражение системы взаимосвязей человека и Вселенной, я припомнил, что когда-то где-то краем уха слышал о чём-то подобном, — но именно что краем уха, и тогда прошёл мимо. Видимо, пришло время поинтересоваться, — подумал я. Стал интересоваться, читать различные материалы по теме. И обнаружил, что у современного космизма имеется немало общих мест с Учением (или наоборот, — это уж кому как угодно). Со временем стало ясно, что в рамках Учения вполне чётко вырисовывается направление, которое также можно назвать космизмом. Нашим космизмом, со спецификой Учения.

В чём же заключается эта специфика? Я бы сказал, что она заключается, во-первых, в общем подходе, а во-вторых, во взглядах на некоторые конкретные моменты.

Под специфическим подходом я подразумеваю то, что наш космизм опирается на информацию, хотя пока ещё не подтверждённую научно, но рассматриваемую Учением как реальные факты. Это именно те конкретные моменты, о которых было упомянуто выше. Например, то, что Вселенная — это не просто более или менее механическая система, но огромное живое и разумное существо. Живое и разумное в прямом смысле этих слов, а не в смысле философско-поэтической аллегории. Или то, что Мироздание имеет три уровня: физический космос как материальный уровень, энергетический космос и уровень субстанции, которую мы называем Духом. Или то, что во Вселенной не только существует, но и цветёт пышным цветом разумная жизнь, существует огромное количество обитаемых планет и разумных рас. Принятие этих и других подобных моментов позволяет включить их в систему мира, как её видит Учение, и, отталкиваясь от этого, пойти дальше в познании, — пусть пока, что, по большей части, и теоретическом. Это и есть специфический подход, о котором идёт речь.

С точки зрения науки, именно теоретичность и является его слабым местом. Однако здесь следует подчеркнуть два обстоятельства. Первое: это именно теоретичность, но ни в коем случае не мистичность с апелляцией к сверхъестественным силам, когда всё что угодно, любые понятия и явления могут браться буквально ниоткуда, в произвольном порядке, и могут быть принципиально необъяснимыми. Второе: даже сама эта теоретичность является таковой лишь по отношению к возможности доказать что-то путём научного эксперимента. Проще говоря, если я помню своё пребывание в энергетическом космосе и своё общение там с представителями других разумных рас, то доказать это научно я не могу. Хотя бы потому, что науке пока что нечем зафиксировать и измерить подобные явления. Но отсутствие у науки необходимого инструментария отнюдь не означает, что этих явлений не существует. И это проблема не столько Учения, сколько науки. А в систему мира по Учению они как раз отлично вписываются. Здесь это не теория, а реальная жизнь. И даже там, где что-то не поддаётся проверке личным опытом, оно выдерживает проверку внутрисистемной логикой и взаимообусловленностью с другими элементами системы.

Наш космизм — это комплекс представлений о сущности и устройстве Вселенной, месте в ней человека, будущем человечества, разумных расах Вселенной, их роли в её жизни, их взаимодействии и взаимодействии с ними человечества. Конечно, пока что он находится в стадии становления и оформления как одно из важных направлений внутри Учения. Значение его трудно переоценить. Ведь содержанием его является не только объяснение самого феномена существования человечества, без чего едва ли можно полноценно осознать себя, но и понимание того будущего, для которого человечество предназначено. Я подчёркиваю: речь идёт не о предопределении, которое обесценило бы смысл нашего существования, а именно о предназначении. Человечество появилось для того, чтобы сыграть свою роль в эволюции Вселенной. Его путь начался на Земле; но этот путь ведёт за её пределы. Люди устремятся в просторы космоса, и человечество станет другим, открыв в себе потенциалы, которые просто не могут раскрыться и реализоваться в нынешних, сугубо земных условиях. Людям предстоит освоение космоса, общение и сотрудничество с другими разумными расами, изменение себя и внесение масштабного и важного вклада в судьбу Вселенной. Это — предназначение. То есть то, что для нас естественно и чего нам нужно достичь, что следует сделать. Наш путь. Он намечен эволюцией, но не предопределён. Человечество может выбирать, следовать ему или отказаться. Но для того, чтобы сделать осознанный выбор, нужно видеть путь и понимать его. Уже много десятков тысяч лет — гораздо дольше, чем существует цивилизация по современным научным представлениям — человеческий род пытается разглядеть свой путь, хотя бы нащупать его. Получается как-то не очень. А ведь уже пора, давно пора. Поэтому космизм является столь важной частью Учения. Он намечает путь, показывает его. Помогает понять, для чего мы, люди, существуем, откуда мы идём и куда. Это как компас для мореплавателя. И указывает этот компас не на одну Полярную звезду, а на звёзды вообще. Указывает путь, который ведёт в небо.

Тема космизма Учения обширна. Поэтому данной вступительной статьёй открывается новая, посвящённая ему рубрика нашего журнала. Можно сказать, что это своего рода путешествие в космос, и одновременно — в будущее. В будущее, которое ожидает человечество. В будущее, которое нуждается в нём.

© Атархат, 2017

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *